Сатира Юсупова: “Я буду жить, пока хочу”

02 марта 2016
6

Их называют детьми войны. Важнейшая их черта – обострённое чувство совести. Судьба Сатиры Хазмиевны Юсуповой схожа с судьбами её ровесников, чьё детство опалила война. Ей было 9 лет, а самой младшей сестрёнке – два года, когда в первые месяцы войны отца забрали на фронт. На руках у матери осталось пятеро детей.

– Будто вчера было, – начинает свои воспоминания моя собеседница. – Словно во сне вижу на высоком крыльце маму и всех детей. Мама, прижав нас к себе, будто пытаясь защитить, беззвучно плачет. Я чувствую, как вздрагивают её плечи от рыданий. Её слезы капают на мои волосы, лицо. Мы ничем не могли ей помочь и только крепче прижимались, чтобы она почувствовала нашу любовь.

К началу осени в селе почти не осталось мужчин. Одна за другой начали приходить похоронки. Первыми получили зловещие «треугольники» семьи двоих братьев отца. Без вести пропал брат мамы, служивший в Бресте.
Самое острое чувство того времени – голод. После работы мы собирали осыпавшиеся по полю, под бывшими стогами и снопами зёрнышки, чтобы накормить младших. Вы когда-нибудь видели распухших от голода, с глазами-щёлками и огромными животами детей? А ребятишек, которые вынуждены были по зимней дороге бегать из деревни в деревню с холщовыми мешками за плечами и с протянутой за милостыней рукой? Не дай бог увидеть это! Они не заходили в дом, им нужно было засветло обежать как можно больше дворов. Мама выносила им кусок хлеба и несколько картофелин, учила нас никогда не отвергать протянутую за хлебом руку.

Как только сойдёт снег, взрослые отправляли детей в лес за пропитанием. Собирали медуницу, щавель, сурепку, борщовник, малину, вишню, грибы. Траву затирали горстью муки и варили суп. Из крахмала прошлогодней картошки делали блины. Как бы трудно ни приходилось, но корову сохранили. Она была кормилицей. Всё лето после колхозных работ семья во главе с мамой шла готовить сено. Иначе зимой худо.

Мама установила норму муки в день – горсть «без верха». С первыми проталинками многие отправлялись в поле за колосками. Как-то раз, когда мама была на работе, Назира-апа, старшая из сестёр, насобирала колосков и сварила вкусную похлёбку, добавив туда немного муки. Едва мы сделали несколько глотков, как выбежали из-за стола. Нам повезло: нас вырвало. Наутро по селу разошлась страшная весть: в деревне несколько человек умерло, отравившись зерном, перезимовавшим под снегом.

По вечерам в полутьме вязали шали, чтобы продать или обменять на продукты. Да и ткацкий станок мамы постоянно стоял наготове – для паласов, дорожек из старых тряпок, полотенец… Нужны были ещё варежки, носки для четверых детей и для фронта. Мама все силы прилагала, чтобы мы жили так же, как при папе. Даже в школу продолжали ходить. На весь класс были один учебник и пара тетрадок. Учителя слушали, затаив дыхание, боясь пропустить хоть слово.

Однажды сестра подняла меня рано утром и сообщила: войне конец! В домах пекли блины. Погода была чудесная – небо голубое, трава уже зазеленела. Вытащив из сундуков свои лучшие наряды, люди шли друг к другу, чтобы разделить долгожданную радость. Этот праздник был как в песне: со слезами на глазах.

Никогда не забуду, как в начале лета получили посылку от отца. Мама глянула в окно, увидела идущую по двору почтальоншу. Сумка её, как обычно, висела за спиной, а в руке она держала свёрток. Мама стояла как вкопанная. На лице – ни кровинки. Мы замерли, каждый подумал о плохом. Но, к нашему счастью, почтальонша поставила на стол посылку и ушла. Посылка была из Германии, от отца. Мама дрожащими руками распаковала свёрток, вытащила шёлковый отрез на платье и разрыдалась. За годы войны мы успели забыть о подарках. Самое красивое платье мама сшила племяннице (её отец погиб в первый же год войны). Рубашку подарили брату отца (с войны он вернулся изувеченным). Нам с сестрой досталось одно платье на двоих. Конфеты ели всей деревней. Их сладкий вкус остался у меня в памяти на всю жизнь.

Летом стали прибывать наши победители – с орденами и медалями. Отец, весь израненный, приехал к началу осенней страды. Какое великое это было счастье! Вдруг утром распахнулась дверь, и вошёл родной и любимый, крепко обнял нас…

С долгожданной победой трудности моей героини не закончились. Нужно было поднимать страну. … А потом пришла любовь. Большая, настоящая. Наверное, это и есть то самое счастье, о котором мечтает каждая женщина. Ходила, словно во сне, и все мысли были только о нём, о Рахимьяне. Летом сыграли свадьбу. И, казалось, счастье будет вечным. Друг за другом родились мальчики. Муж мечтал о дочери. «Родишь дочь, буду тебя как принцессу одевать», – сказал он, узнав, что она носит ребёнка.

Ей и сейчас тяжело вспоминать о том трагическом дне. Думала, не переживёт потери любимого. Но время притупляет боль. Ярким лучиком света стало рождение дочери, как две капли воды похожей на отца.
Благодаря её трудолюбию все дети получили образование. Трепетное и уважительное отношение к Сатире Юсуповой со стороны детей и внуков делает её жизнь счастливее. В большом доме с самыми преданными и родными людьми в дружбе, внимании и любви она и живёт. И часто произносит ключевую фразу: «Я буду жить, пока хочу». А жить ей действительно есть ради кого.

Л.МУРЗАБУЛАТОВА

Поделиться: